Я вам скажу так: есть футболисты, о которых вы знаете все, — и это, как правило, не самые интересные футболисты. А есть те, чья биография звучит как сценарий для стримингового канала, который продюсеры отклонили бы со словами «слишком нереалистично». Амир Батырев — из вторых. И поверьте, когда я решил взять у него интервью для «Степных вестей», я думал, что буду вытягивать из него слова клещами. А получилось — ну, почти детектив с географией.
Март 2002 года, Торонто. Калмыцкая семья, перебравшаяся в Канаду, — и мальчик, который в стране хоккея, лакросса и американского футбола упорно пинает мяч на школьных переменах. Канадцы, как вы знаете, называют футбол «соккером», что звучит примерно так же уважительно, как если бы мы называли хоккей «шайбиком». Но Амиру было все равно. Перемена — десять минут, мяч — один, друзей — достаточно. Этого, впрочем, ему катастрофически не хватало. И вот вам первая черта характера: он не просто играл — он решил, что будет профессионалом. С третьей попытки — вдумайтесь, с третьей! — поступил в академию ФК «Торонто». Не с первого раза, не со второго. С третьего. Это уже заявка.
Игра его не осталась незамеченной. Вызов в юношескую сборную Канады до 15 лет — это вам не кружок при ДК. Это сигнал: парень реальный.
Но тут в историю вступает отец. Фигура, без которой весь этот сюжет просто не состоялся бы. Папа Амира, Ренат Батырев, — это, я бы сказал, человек-навигатор. Он решил, что Торонто — это хорошо, но мало. И повез сына в Португалию, на просмотр в «Эшторил Прая». Представьте: пятнадцатилетний пацан из Канады с калмыцкими корнями стоит на португальском газоне и пытается доказать, что он чего-то стоит. Доказать-то он доказал, но ФИФА — организация, которая бюрократию возводит в ранг искусства, — сказала свое веское «нет». Иностранец до восемнадцати? До свидания. Правила есть правила, и плевать, что у тебя ноги быстрее, чем у половины их академии.
Тогда семья рванула в Москву. ЦСКА, «Локомотив», «Спартак» — три гранда, три просмотра. «Локо» и «Спартак» были готовы забрать. Готовы! Но родители — и тут я их понимаю абсолютно, до последней запятой, — не захотели оставлять пятнадцатилетнего мальчишку одного в стране, где он едва связывал два слова по-русски. Представьте: ты в Москве, тебе пятнадцать, ты не понимаешь, что тебе говорят, и вокруг тебя — Лефортово, а не Торонто. Нет, спасибо. Семья уехала обратно.
А в «Торонто» после возвращения тренеры были в ярости. Клуб на Батырева больше не рассчитывал. Вот так, одним росчерком — и ты больше не нужен тем, кто еще вчера тебя вызывал в сборную. Футбол жесток? Нет, футбол справедлив. Жестоки люди.
Дэвис, пандемия и билет в один конец
Следующая остановка — «Ванкувер Уайткэпс». И вот тут, внимание, в кадре появляется человек, которого вы все прекрасно знаете. Альфонсо Дэвис. Тот самый, который сейчас разрывает фланги в «Баварии» и от которого у защитников Бундеслиги дергается глаз. Когда я спросил Амира об этом, он ответил с той спокойной уверенностью, которая бывает только у людей, видевших величие в зародыше:
«Я тогда только-только начал подтягиваться из второй команды к основе. Дэвис играл крайнего нападающего, и один в один его было невозможно остановить. Вообще. Физически — машина. Вступаешь с ним в силовую борьбу — шансов ноль. Про скорость я даже не буду рассказывать, вы и так все видите. Уже тогда было абсолютно ясно: он перерос эту лигу, перерос эту команду, перерос».
Несколько совместных тренировок — и диагноз поставлен. Вот это, я вам скажу, и есть футбольный глаз. Не каждый в шестнадцать лет способен разглядеть в соседнем парне будущую звезду «Баварии», а не просто быстрого одноклубника.
Но пандемия — великий уравнитель — поставила на паузу все. К концу 2020 года канадский футбол замолчал. Тренировки отменены, сезон под вопросом, перспективы — туман. И снова отец. Снова навигатор. Он начинает рассылать нарезки с игрой сына по российским клубам как промоутер, который верит в своего бойца больше, чем тот сам. И «Тверь» — клуб из второй лиги — откликнулась.
Когда я спросил Амира, не было ли у него культурного шока после комфортной Канады, он ответил так, что у меня внутри что-то екнуло:
«Футбольного шока — нет. А вот человеческого… Семья осталась за океаном. Я оказался один. Мне девятнадцать, вокруг — Тверь, и первое время было по-настоящему тяжело. Не из-за условий, не из-за полей, не из-за раздевалок. Из-за того, что рядом никого нет. Вот это было самым сложным».
Не «поля плохие», не «еда невкусная». Одиночество. В девятнадцать лет. В Твери. Я думаю, многие в девятнадцать лет не могли себе приготовить хороший завтрак, а этот парень пересек океан и вышел на поле во второй российской лиге.
Отдельная песня — паспортные перипетии. У Амира российский паспорт, но канадское футбольное гражданство. По регламенту ФНЛ-2 легионеры не играют. Точка. Но отец родился на территории РСФСР, сын не провел ни одного официального матча за сборную Канады — и вот вам юридическая лазейка. Полтора месяца бумажной волокиты, и Батырева заявляют в последний день трансферного окна.
«Сочи», Гаранин и гол, который стоил второго тайма
Десять матчей, два гола за «Тверь» — и вот уже Вадим Гаранин, переехавший летом 2022-го в «Сочи», тащит за собой знакомых по тверскому этапу игроков. Среди них — Батырев.
Дебют в РПЛ — 7 августа, домашний матч с «Пари НН», 85-я минута, замена Юсупова. Четыре минуты на поле в премьер-лиге. Немного? Для парня, который еще пару лет назад пинал мяч на школьной перемене в Торонто, — это космос.
А потом — Кубок России, «Торпедо», первый гол в основе. И какой гол! Контратака, неудобная передача, Батырев догоняет мяч на чистой скорости, обрабатывает, убирает Смольникова — Игоря Смольникова, на минуточку, человека, который играл в Лиге чемпионов! — и бьет точно в дальний угол. Красота. Эстетика. Но в перерыве его меняют — тренерский штаб дозирует нагрузку перед матчем с «Факелом». И что? Во втором тайме «Сочи» пропускает трижды. 1:3. Вот вам и дозировка. Иногда лучше не беречь, а доверять. Но это уже другая история.
Красноярск, «Енисей» и калмыцкие корни
Сейчас Амир — игрок «Енисея». Контракт продлен до 2027 года. Когда я спросил его, почему именно Красноярск, он ответил без пафоса, но так, что веришь каждому слову:
«Стиль игры — вот что решило. Мне нравится, как «Енисей» играет в футбол, и я чувствую, что этот футбол — мой. Плюс коллектив. Ребята добрые, поддерживают друг друга. Мне тут комфортно. А когда тебе комфортно — ты играешь. Все просто».
Все просто, говорит он. А я думаю: парень, который сменил четыре страны, три континента, пережил пандемию, паспортный квест и одиночество в Твери, имеет право говорить «все просто». Он это заслужил.
О калмыцких корнях — отдельный разговор. Для нас, калмыцких футбольных болельщиков, это не просто деталь биографии. Это — наше. И Амир это чувствует:
«В команде знают, что я из Калмыкии. И я чувствую поддержку из республики — это очень приятно. У меня до сих пор там живут родственники. Связь сохраняется, хотя большую часть жизни я провел в Канаде. Кровь не спрашивает паспорта».
На вопрос, приехал бы он в Элисту провести мастер-класс для местных ребят, он ответил без секунды раздумий:
«Конечно. Я понимаю, как важно молодым пацанам видеть кого-то, кто начинал с той же мечты и дошел до профессионального уровня. Если мой пример кого-то мотивирует не бросать мяч — для меня это важнее любого гола».
Канада vs Россия: две школы, один футбол
Я не мог не спросить о разнице между канадской и российской футбольными школами. Ответ Батырева — как всегда, честный и без лишней воды:
«Сравнивать сложно: в Канаде я был в академии, а в России — уже в профессиональном футболе. Это разные этапы. Но одно отличие бросается в глаза: в Канаде очень много внимания уделяют физике. Там из тебя сначала делают атлета, а потом — футболиста. В России наоборот: сначала футбол, а физика — уже по ходу».
И тут же, с удивительной для его возраста зрелостью, он выдал формулу идеальной академии: «Из Канады я бы взял физическую подготовку. Из России — профессиональную среду, уровень требований, соревновательность. Соедините это — и получите систему, где игрок развивается и телом, и головой, и характером».
Хави, Модрич и русские окончания
Кстати, о голове. Когда я спросил, на кого он равнялся в детстве, Амир назвал три фамилии, которые говорят о его футбольном вкусе больше, чем любая статистика:
«Хави, Модрич, Иньеста. Мне никогда не нравились игроки, которые берут мощью или скоростью. Мне нравились те, кто думает быстрее, чем бегает. Умные, техничные, видящие поле на три хода вперед. Думаю, мой стиль — оттуда».
Хави, Модрич, Иньеста — в парне из Торонто с калмыцкой кровью. Футбол — он такой: глобализация в чистом виде.
А вот русский язык — это его личная Лига чемпионов. Когда я спросил, что было самым сложным, он рассмеялся и ответил:
«Окончания. В русском языке слова меняются в зависимости от ситуации, и это был кошмар. Даже сейчас иногда ошибаюсь. Но постепенно привыкаешь».
Блиц, который говорит больше, чем кажется
Напоследок — блиц. Короткие вопросы, короткие ответы. Но какие!
Борцог или панкейки? — «Панкейки». (Простите, но детство в Торонто — это навсегда.)
Европейский клуб мечты? — «Реал Мадрид». (Амбиции? Нет, просто нормальный масштаб мышления.)
Если не футбол? — «Баскетбол». (Канада, что вы хотите.)
Самый крутой стадион? — «Газпром Арена» или «Краснодар». (Человек знает толк в комфорте.)
Книга или сериал в дорогу? — «Сериал». (Перелеты из Красноярска — это вам не из Москвы в Питер, тут нужен сезон, а не глава.)
Финальный свисток
Амир Батырев — это не просто футболист «Енисея». Это история о том, как калмыцкая семья из Торонто через Португалию, Москву, Ванкувер, пандемию, Тверь и Сочи добралась до Красноярска. Это история о папе, который верил в сына больше, чем все скауты мира вместе взятые. Это история о парне, который в девятнадцать лет остался один в чужой стране и не сломался.
И когда он говорит юным калмыцким футболистам: «Верьте в себя и не опускайте руки, даже когда ничего не получается» — он имеет на это полное, абсолютное, неоспоримое право. Потому что он это прошел. От соккера на школьной перемене в Торонто до премьер-лиги и Первой лиги России. Через все «нет», через все закрытые двери, через все паспортные столы и часовые пояса.
Амир, мы в Калмыкии за тебя болеем. И если ты когда-нибудь приедешь в Элисту — борцог тебе обеспечен. Даже если ты предпочитаешь панкейки.
Фото: сайт ФК Енисей
