Жизнь и судьба героя войны

Он получил признанье слишком поздно…
Когда уже не верил в чудеса,
Когда устал от жизни этой сложной,
Как эхом, вдруг откликнулись леса.
(В.М. Сельгиков)

Сегодня исполняется 100 лет со дня рождения Героя Советского Союза Михаила Сельгикова. Это поколение, которое дает живой пример служения Отчизне и живой пример достойной благородной жизни в потоке повседневной мирной жизни. Свет их подвига и сегодня озаряет нашу жизнь, вдохновляет молодых граждан страны на подвижническое волонтерское движение и другие социальные проекты.

27 ноября в элистинской школе № 21, в рамках всероссийской акции «Парта Героя», была торжественно открыта парта Героя Советского Союза Михаила Арыковича Сельгикова. В уроке памяти принял участие сын героя В.М. Сельгиков. Зная подготовленность школьников к знаковому для школы мероприятию, Валерий Михайлович не стал рассказывать детям военную биографию героя войны, а говорил о личности и послевоенной жизни отца. Он подарил школе свою книгу «Судьба партизана». Учитывая незначительность тиража, мы остановимся на некоторых ее страницах, а также фрагментах нашей беседы с Валерием Михайловичем. Начнем мы с военной биографии М.А. Сельгикова, изложенной в изданиях советского периода.

 «Шумел сурово Брянский лес…»

Михаил Арыкович Сельгиков родился 17 декабря 1920 года в селе Кегульта Кетченеровского района. Учился в Астраханском военном стрелково-пулеметном училище, которое закончил в 1941 году. Его как отличника оставили в училище в качестве инструктора.

А потом была война. Участвовал в боях с первых дней, в составе действующей армии командовал взводом зенитно-пулеметной батареи. Прикрывая отход, это было в начале октября 1941 года, советских частей из деревни Карбовка Погарского района, в неравном бою был ранен, попал в плен, бежал. Пантелей Михайлович Гирлин, хозяин дома, в котором укрылся Михаил Сельгиков, был связным Погарского подпольного райкома партии Орловской (ныне Брянской) области.

Уже в ноябре, подлечив ранение, Сельгиков связался с подпольщиками. 11 декабря 1941 года он вступил в ряды партизанского отряда рядовым бойцом. В апреле 1942 года был назначен командиром партизанского взвода, а 7 июня 1942 года – начальником штаба партизанского отряда имени Степана Разина.

Одной из значительных операций был взрыв железнодорожного моста на реке Судость. Операция по минированию и взрыву моста под руководством профессионального военного М.А. Сельгикова прошла блестяще и была стратегически важна – был отрезан подход фашистов к бронепоезду, и они были уничтожены.

Приведем данные из архивных документов военных лет, которые опубликованы в книге «Звезды над степью», в очерке Бориса Агаркова «Партизанскими тропами».

– Брянский областной партийный архив: «26 августа 1942 года в бою в районе поселка Витемля, рискуя жизнью, Сельгиков вынес из поля боя двух раненых».

– В ноябре 1942 года командование партизанской бригады им. Чапаева назначило Сельгикова заместителем командира партизанского отряда им. Фурманова. В книге Г. Куприна мы читаем: «За три месяца спецгруппа подрывников, которой руководил М.А. Сельгиков, уничтожила свыше тысячи гитлеровцев… Минеры пустили под откос шесть эшелонов с живой силой и техникой противника, подорвали 180 автомашин».

– 23 февраля 1943 года, выполняя правительственное задание, партизанская бригада взорвала пять километров железнодорожного пути по линии Брянск-Гомель. В течение 28 суток противник не мог доставлять технику и живую силу подразделениям. В этих боях М.А. Сельгиков обезоружил и взял в плен железнодорожную охрану фашистов. Был представлен командованием подпольного комитета к званию Героя Советского Союза в 1943 году. Получил звание он в 1965 году.

Из книги «Судьба партизана»

– Отец не любил говорить о войне. После освобождения Брянской области от оккупантов, весной 1944 года, отец был отправлен в командировку для сопровождения эвакуированных семей и на одной железнодорожной станции был задержан патрулем и доставлен в комендатуру, где после выяснения личности, если точнее, то национальности, он был депортирован в Красноярский край. Там он встретил свою половину, и в мае 1945 года родилась дочь Света в городе Канске Красноярского края.

У отца выросло пятеро детей – две дочери, Светлана и Мария, и три сына. Имена всем троим сыновьям дал отец, он говорил, что меня назвал в честь легендарного летчика Валерия Чкалова, среднего в честь не менее легендарного летчика Анатолия Серова, а младшего в честь летчика Виктора Талалихина, который совершил воздушный таран, когда у него закончились патроны… Наверное, отец, сам кадровый офицер, может, мечтал о небе. Михаил Арыкович очень любил детей и внуков, не ругал за шалости.

Сами они остались сиротами после смерти родителей, и его определили в Ергенинскую школу-интернат, а младшего взяла бабушка. По выходным отец пешком шел в Кегульту, чтобы повидать родных, братьев и сестру. Я представляю себе мальчика, голодного, в ветхой одежде, идущего по голой степи, через балки и овраги, мне делается больно и горько, будто это я иду вместо этого мальчика, вместо моего отца. Я хочу сказать, что тетя и дядя (двое старших погибли на войне), да и сам отец были, на удивление, скромными, добрыми, порядочными людьми, и это я говорю не от того, что они мои родственники, а от того, что это абсолютная правда.

И, возвращаясь к истории награждения отца высоким званием. В 1943 году он был представлен к званию Героя Советского Союза. Но не дали, и все понимали, что по национальному признаку. И в 1965 году, в год 20-летия победы, государство решило восстановить справедливость и вернуть и вручить участникам войны их награды, которые по разным причинам в свое время не были им вручены или присвоены. В числе их был мой отец.

На Брянщине об этом знали и помнили. Бывший комиссар партизанского движения Куприн Георгий Семенович, который воевал вместе с отцом, принимал участие в представлении на звание Героя Советского Союза в 1943 году, вновь поднял этот вопрос перед Верховным Советом СССР. В Москве рассмотрели данное ходатайство и предложили заменить звание Героя на орден Ленина (это был высший орден СССР). Но Брянский обком, в лице Куприна, категорически не согласился: «Или звание Героя, или ничего не надо». Ни отец, ни калмыцкий обком ничего об этом не знали. Позже Басан Бадьминович Городовиков рассказывал моему отцу, что звонили из Брянского обкома и спрашивали о нем – жив ли, чем занимается и как характеризуется. Указ вышел 8 мая 1965 года, а мы узнали об этом только 9 мая. Утром 9 мая отец собирался на торжества, которые проводились у Вечного огня. И тут стали звонить по телефону и поздравлять его с присвоением звания Героя Советского Союза. Отец невозмутимо все выслушивал, благодарил и вешал трубку. Он ушел на торжества, а оттуда пришел в сопровождении группы людей… Все радовались так, как будто это звание присвоили всему калмыцкому народу, за их страдания, за их веру в справедливость, за их потери родных, за все то ужасное, что им довелось испытать.

Никогда отец не забывал о своих фронтовых друзьях и однополчанах, переписывался с ними. Ему приходили поздравительные открытки из разных уголков Советского Союза от друзей и однополчан. Это было удивительное фронтовое братство. Помню, как вместе они ездили на встречи, три Героя Советского Союза – отец, Лиджи Исмалиевич Манджиев, Баатр Манджиевич Басанов. Я их часто возил в районы.

В 1980 году я возил отца в Брянск на 35-летие Победы. Тогда был открыт музей «Партизанской славы», где были установлены бюсты 12 Героев Советского Союза, получивших это высокое звание в рядах партизанского движения. Это очень большая цифра, так как партизанам награды давали скупо, ведь, по сути, они были нелегалы, нигде не значились как военнослужащие. Отец ушел на войну после училища, в звании старшего лейтенанта, так им и остался. Или вспомнить судьбу Михаила Ванькаевича Хонинова, ведь он тоже был партизаном, но в белорусских лесах. Ему не дали заслуженной награды ни во время войны, ни после…

Тогда, в 1980 году, по приезду в Брянск отца сразу увезли на встречи, и мы с братом Виктором увидели его только перед отъездом домой. Отец ушел из жизни в 1985 году, на шестьдесят пятом году жизни. Это было тяжело пережить…

Наша связь с Брянском не прерывается. В 2014 году на открытие мемориального комплекса «Шумел сурово Брянский лес», решением семейного совета, поехали старшая внучка Амина и ее родители. В апреле 2015-го мы с сыном Михаилом, по приглашению губернатора Брянской области, приняли участие в праздновании 70-летия Победы. Я поблагодарил брянцев не только за память об отце, но и за память обо всех ветеранах и героях войны. Ведь они добились присвоения высокого звания еще двум партизанам Брянщины, но уже Героев России, так как Советского Союза уже нет. Теперь на Аллее Героев Брянска 14 бюстов героев Великой Отечественной войны.

В 2015 году Кегультинской школе было присвоено звание Героя Советского Союза Михаила Арыковича Сельгикова. В 2018 году в поселке Кетченеры была открыта Аллея Героев – шесть Героев Советского Союза были уроженцами этой земли.

А в 2020 году, добавляет уже устно, в беседе со «Степными вестями», Валерий Михайлович, в канун 100-летия со дня рождения Героя Советского Союза Михаила Арыковича Сельгикова в рамках всероссийской акции «Парта Героя» к 75-летию Великой Победы, в элистинской школе № 21 состоялось открытие именной парты отца.

Валерий Сельгиков: Уроки отца я пронес через всю жизнь

– В отце меня всегда поражала его удивительная скромность. После присвоения звания Героя Советского Союза он оставался таким же спокойным и скромным. Он также по утрам с бидончиком ходил за молоком и хлебом. Продавщица просила: «Нам так неудобно, что Вы стоите в очереди!». Но он с улыбкой отвечал, что с удовольствием стоит с людьми и дышит свежим воздухом. Выдержка у него была удивительная, он не боялся находиться в окружении агрессивных и пьяных браконьеров, объясняя им их вину, когда работал начальником рыбоохраны Калмыцкой АССР. Тогда я увидел, как он относится к людям. Самое главное – он заботился о людях. В выходные, когда активизировались браконьеры, он говорил: «Сынок, садись за руль, поедем, проверим хозяйство..». На вопрос «У тебя ведь есть водитель…» он отвечал: «Они должны отдыхать».

Вообще, он был немногословен, говорил кратко, только по делу. Отношение к людям, к делу он вложил в нас своими поступками и делами, а не долгими разговорами. Я могу сказать о себе, что все уроки отца пронес через всю жизнь. Вот вы спрашиваете: «О чем я не спросил отца при его жизни?». Странный для меня вопрос. В семье у нас все было просто, обходились без китайских церемоний, без «доброго утра» и «доброй ночи» и т.д. Естественно жили… Было бы странно задавать родителям такие вопросы… Но с годами жалею, что не расспрашивал родителей про родовые корни, ведь все мы были советскими людьми. Да, и такие вопросы считались проявлением национализма, улусизма. Мы были советскими людьми, и у нас была одна общая биография.

Но пришло время задуматься. Я вот написал и издал в 2019 году книгу «Судьба партизана». И в ней, вспоминая жизнь отца в мирное время, – военная его биография уже написана журналистами в советские годы, – я восстанавливаю его родовые корни. Дочь Саглара попросила. Да, это нужно нашим потомкам. Отец очень любил нас, детей, никогда не ругал. Любил внуков, баловал их. У него было пять внуков и пять внучек. И сейчас у него уже пятнадцать правнуков. Он вписал свое имя в летопись Великой Отечественной войны, и мы гордимся причастностью к его имени. В свою книгу я включил стихи, которыми я выражаю свои мысли и чувства. Написал для внуков, которые тоже любят читать стихи. Одно я посвятил 100-летию отца.

На 100-летие отца

Прошло сто лет со дня его рожденья, 
Канули в вечность славные дела, 
Где было все, победы, пораженья, 
И лишь родительского не было тепла. 

А было детство сироты бездомной, 
И длинные голодные года,
Был мир чужой, враждебный и огромный, 
Где выжить было подвигом тогда. 

Потом война, в судьбе его нелегкой,  
Прошлась огнем по раненой душе, 
В глухих лесах, там, в стороне далекой, 
В сырой землянке или в блиндаже. 

Прошел Сибирь, где ждало униженье, 
Куда народ был сослан как изгой, 
Но сохранил он честь и уваженье, 
Хоть жизнь казалась пыткою порой. 

Но он прошел все эти испытанья, 
Создал семью и вырастил детей, 
Тринадцать лет безмерного страданья,
Вдали от знойных и родных степей. 

Он получил признанье слишком поздно… 
Когда уже не верил в чудеса, 
Когда устал от жизни этой сложной, 
Как эхом, вдруг откликнулись леса. 

Они его, конечно, не забыли, 
Ведь он им стал, по сути, как родной, 
И подвиг его бережно хранили, 
По старой, по привычке фронтовой. 

Сейчас белеют обелиски в камне, 
И бюст его торжественно стоит, 
На партизанской, на лесной поляне, 
Где сердце его больше не стучит.

А Брянский лес шумит листвой веками,
Хранит он память о лихих годах, 
Живут в сердцах те партизаны, с нами, 
И птицами парят на небесах. 

Сегодня, на 100-летнем юбилее, 
Здесь дети, внуки, правнуки уже, 
Лишь об одном, конечно, сожалеем, 
Что он стоит на вечном рубеже… 

                                                                              Валерий СЕЛЬГИКОВ

17.12.1920 — 17.12.2020 гг.
Республика Калмыкия – Брянская область.