Современное состояние плодородия почв пастбищных угодий и пашен в Калмыкии неудовлетворительно. К такому выводу еще несколько лет назад пришли калмыцкие агрохимики. Какие факторы послужили тому причиной и, самое главное, какие меры нужно предпринять, чтобы  исправить ситуацию об этом в нашем эксклюзивном интервью с директором ФГБУ «Станция агрохимической службы «Калмыцкая», кандидатом сельскохозяйственных наук Георгием Унканжиновым.

 – Георгий Данилович, давайте начнем с предыстории вопроса. Что привело к сегодняшнему плачевному состоянию наших пастбищ?

– Ситуация образовалась, конечно, не сейчас. Все мы знаем, что калмыки издавна занимались скотоводством, свои знания они успешно применяют в низовьях Волги с начала XVII века. Жаркий, сухой климат, бескрайние степи с низким плодородием почв, отсутствием постоянных водотоков способствовали общественному использованию пастбищ, разведению скота. В то же время кочевой образ жизни создавал условия для отдыха одних пастбищ и освоения новых. Оптимальное соотношение численности верблюдов, коней, КРС и овец позволяло поддерживать экологическое равновесие и сохранять растительный покров. В современной же истории мы с каждым годом наращивали и наращивали поголовье сельскохозяйственных животных, что в итоге обострило проблему перегрузки и деградации пастбищных угодий.

Процесс усугубился в 1990-х годах, когда развалился Советский Союз и практически перестали работать или недостаточно финансируются все соответствующие программы. Например, Генеральная схема по борьбе с опустыниванием сейчас работает только на 32%. Но помимо борьбы с песками нам нужно еще и восстанавливать деградированные пастбища. Нужно и устройство колодцев, в конце концов, а этот пункт из программы в прошлые годы вообще убрали. Но, признаться, мы и не осваивали средства на эти цели – у нас не было организаций, которые могли бы заниматься их устройством. А самим фермерам это, конечно, не под силу.

Сейчас пастбища занимают примерно 84% от общей площади сельскохозяйственных угодий. Они являются основной кормовой базой овцеводства и мясного скотоводства. При этом соотношение видов выпасаемых животных на пастбищах Калмыкии не соответствует экологически оптимальному показателю. В структуре стада преобладают овцы (78%), что оказывает самое негативное воздействие на пастбища и отрицательно отражается на почвенно-растительном покрове степного ландшафта.

А в связи с образованием новых мелких КФХ и ЛПХ, которые содержат поголовье на припоселковых пастбищах и вблизи животноводческих стоянок, изменилась и система использования пастбищ. Под воздействием огромного количества сельхозживотных, непрерывно пасущихся на одном и том же месте, сокращается растительный покров, разрушается дернина, оголяется почва, развивается ветровая и водная эрозия. В результате уменьшаются запасы пастбищных кормов, обедняется видовой состав травостоев, растет засоренность не поедаемыми вредными и ядовитыми растениями, происходит движение незакрепленных песков и, следовательно, пыльных бурь.

В этом году после сильнейшей засухи проблема деградации пастбищ обнажилась нагляднее всего. Почти 76,5% площади пастбищных угодий приходится на восточную зону республики, в которую входят Лаганский, Черноземельский, Юстинский и Яшкульский районы. Так, по Юстинскому району мы уже в течение 5-6 лет ведем разговор о недостаточной кормовой базе, пасти практически негде. Если взять космические снимки, а они есть в свободном доступе в интернете, то увидим, что там, где расположены животноводческие стоянки и населенные пункты, земли полностью выбиты скотом. Потому что идет бессистемный выпас скота, и эти точки вызывают очень серьезные опасения. На границе Кетченеровского и Юстинского районов вокруг животноводческих точек, поселков уже просматривается песок. А это не что иное, как начало процесса деградации земель. Если мы не предпримем меры, площадь песков будет увеличиваться и увеличиваться. И, заметьте, географически это самый центр Калмыкии. Что будет дальше, страшно представить.

Насколько нынешняя нагрузка на пастбища превышает норму, и только ли она влияет на деградацию земель?

– Постановлением Правительства РК по разным муниципалитетам норма нагрузки составляет от 0,31 до 0,8 условных голов овец на один гектар. Цифры выведены на основе научной методики, с учетом природно-климатических условий. При переводе видов скота в условные головы 1 корова равна 6-ти условным головам овцы, 1 лошадь – 10-ти условным головам, такой же коэффициент по верблюдам.

А теперь давайте посчитаем, насколько мы превышаем норму. По сельхозпереписи у нас около 2,5 млн. голов овец и более 400 тыс. КРС – в пересчете на условные единицы это 2,4 млн. голов овец. В совокупности получается около 5 млн. условных голов. При этом мы не посчитали лошадей и верблюдов, их у нас совсем немного. А пастбищ – 5,3 млн. га. Уберем площади, занесенные песками. Какая нагрузка получается? Одна овца на один гектар. А по норме – одна овца на два гектара. То есть нагрузка на пастбища двойная как минимум. Почему как минимум? А потому что мы берем в расчет официальную статистику по поголовью – со слов фермеров. По факту больше, конечно.

Еще одна причина деградирования пастбищ – круглогодичный выпас скота. Если помните, при советской власти скот находился на стойловом откорме по полгода, для чего, правда, и корма заготавливали в достаточном количестве. Сейчас мы пасем круглый год, методично выбивая пастбища до самого основания. Нужно запретить это на законодательном уровне. В то же время мы отлично понимаем, что в нынешних экономических условиях люди вынуждены кормить скот круглый год в степи – народ просто выживает. Поэтому нам нужна помощь государства. Бюджет республики эти расходы не потянет.

Какие еще меры помогут переломить ситуацию?

– Чтобы сохранить пастбища, нужно постоянно отслеживать  состояние почв, рациональность их использования, планировать и проводить мероприятия по их улучшению. К слову, наша станция ежегодно проводит агрохимическое и эколого-токсикологическое обследование почв сельхозземель. Анализируя полученные результаты, можно констатировать, что почвы недостаточно обеспечены (91,3%) подвижным фосфором, 68% площадей имеют содержание органического вещества менее 1,0%. Низкое содержание подвижной серы – 38,5%. Более 70% почв недостаточно обеспечены обменным калием. Почти 76% площадей очень уязвимы в отношении действий антропогенных факторов, в результате проявляются эрозионные процессы, ветровая дефляция.

Поэтому, как бы ни было затратно, нужно проводить фитомелиорацию пастбищ, культурно-технические работы –  засевать культурными травами, закреплять участки, где начинается процесс опустынивания. В связи с круглогодичным выпасом животные поедают имеющиеся травы, которые не успевают, в свою очередь, обсеменяться. Вредные же сорные растения, такие как ковыль, например, наоборот, остаются и идут в рост. Поэтому сегодня на наших пастбищах увеличивается количество сорных и ядовитых растений, которые животные не поедают. В результате кормоемкость пастбищ значительно сокращается, то есть нужно восстанавливать пастбищный травостой. В свое время Басан Бадьминович Городовиков задал вопрос нашему известному ученому, растениеводу Борису Гольдваргу: «Что делать с ковылем?» Все знают, как сильно это растение протыкает шерсть и кожу овцы. И в советское время в хозяйствах одним из решений борьбы с сорняком было его банальное выкашивание.

Пастбища необходимо не только засевать травами. Следует вносить и питательные вещества – азот, фосфор, калий. Нужно закладывать артезианские колодцы как вблизи животноводческих стоянок, так и на отдаленных участках сельхозугодий. И, конечно, рационально использовать земли на основе пастбищеоборотов, то есть ввести сменяемость участков для пастьбы – земля должна отдыхать. Это позволит сохранить способность экосистем к самовосстановлению и саморегуляции.

Из-за недостатка пастбищных кормов или полного его отсутствия в этом году хозяйства приступили к кормлению животных с первых дней лета. Это негативно сказалось и на их физическом состоянии, и на запасах кормов. В основном кормовая продукция с пастбищных угодий по содержанию сырого протеина отнесена к неклассной. А ведь все знают, что развитие животноводства возможно только в условиях стабильной кормовой базы. В связи с этим необходимо введение в оборот всех орошаемых земель. Чтобы снять нагрузку с пастбищ, нужны откормочники. А чтобы откармливать животных на стойловом периоде, нужны орошаемые земли.

В перспективе также – предоставлять субсидии не только на посевные площади пашни, но и на естественные сенокосы и пастбища для проведения комплекса агротехнических и агрохимических работ по повышению плодородия и качества почв. Но реализация всех этих мер возможна только при поддержке федерального центра, республика, а тем более сами фермеры, их не потянут. Это огромные деньги.

И еще. Мы должны четко установить хозяев всех сельхозугодий. А у нас что получается? Не все владеют землей, а пасут на ней все – по принципу «все вокруг все колхозное, все вокруг мое». У каждого, даже самого маленького, клочка земли должен быть хозяин. Пока же фермеры боятся брать ту же тысячу гектаров – арендная плата высокая. Нужно установить минимальную плату, чтобы за землей был присмотр. Тогда будет порядок. Сам хозяин земли будет ухаживать за ней, засевать, чтобы вырастить травы для естественного кормления животных, и т.д. Еще мы должны четко расписать, как пользоваться пастбищами, как ухаживать за ними, то есть установить правила рационального использования земли. И это, повторю, надо решать на государственном уровне.

У нас ведь и с пашней далеко не все в порядке. 

– К сожалению, да. В республике 818 тыс. га пашни, из них 302 тыс. га не используются. Из остальных, находящихся в обороте, более 280 тыс. засеваются зерновыми культурами, и более 170 тыс. паров. Наиболее продуктивные земли располагаются в западной зоне – Городовиковском и Яшалтинском районах. Чернозем в основном в Городовиковском районе – всего 100 тыс. га. Но и он, увы, истощается. Один из показателей плодородия почв – средневзвешенное содержание фосфора. Так вот этот показатель с 1986 года интенсивно уменьшается. Если тогда он был равен 25 мг, то сейчас 16. А ведь именно фосфор, калий, гумус лимитируют урожайность. То же самое происходит в центральной зоне.

Так, площадь пашни с содержанием фосфора более 30 мг/кг на территории республики сократилась в три раза. И, наоборот, с уровнем фосфора меньше 15 мг/кг, а это низкое содержание, – увеличилась в три раза. Это произошло не за последние один-два года и даже не за 10 лет, мы ведем наблюдение с 1966 года. К слову, за последние три-четыре года мы стали вносить около 19 кг минеральных удобрений на один гектар посевной площади, то есть утроили применение удобрений. При этом дефицит все равно составляет 43 кг/га. 

Нынешнее состояние качества почв пашни и пастбищ вызывает озабоченность наших растениеводов и животноводов. За последние два-три года в растениеводстве произошел сдвиг в положительную сторону, растет урожайность и валовой сбор зерна. Тем не менее, в структуре посевных площадей на богаре нам необходимо увеличивать долю кормовых культур до 30% и постепенно вводить научно обоснованные севообороты, не подрывая финансовую стабильность сельхозорганизаций.

Как это отражается на качестве продукта? Ведь не секрет: в народе существует мнение, что удобрения его только ухудшают.

– Положительно отражается. Если в начале 2000-х годов мы получали много фуражного, то есть низкокачественного, зерна, то сейчас качественные характеристики зерна улучшаются. И урожай выше. И меньше нагрузка на почву. То есть выгодно со всех сторон. Поэтому фермеры начали активно использовать минеральные удобрения.

А по-другому никак. Климат меняется, идет аридизация. У нас в верхнем пахотном горизонте наблюдается разрушение структурности почвы. Причиной тому в том числе климатические изменения, жара, засуха, которая наблюдается в Калмыкии начиная с 90-х годов. Идет ускоренная минерализация органического вещества. А взамен разрушенного и вынесенного с урожаем мы практически ничего не вносим в наши почвы.

Для того, чтобы противостоять климатическим аномалиям и получать хороший урожай, нужно вносить еще и органические удобрения – тот же навоз. Сейчас мы применяем 14 тыс. тонн минеральных удобрений в физическом весе. А у нас под ногами лежит намного больше в виде навоза. Это мощный удобритель. В почву с ним поступают органическое вещество, макроэлементы. В одной тонне содержится 5 кг азота, 2,5 кг фосфора, 6 кг калия и 210 кг органического вещества. Благодаря навозу также улучшается водоудерживающая способность почвы, ее структура, что в итоге увеличивает способность почвы противостоять засухам и пыльным бурям.

Бесструктурная почва, которая содержит мало органического вещества, не может удерживать влагу. Чтобы окультуривать почвы, нужно вносить удобрения. Весь мир вносит удобрения. И чтобы использовать навоз в этом качестве, работы нужно субсидировать. Подвоз к полям и внесение не дешевые. 

Но вы только что сказали, что мы тоже стали вносить минеральные удобрения.

– Вносим, но этого катастрофически мало. За последние три-четыре года мы утроили применение минеральных удобрений. И как результат – получаем 600 и более тысяч тонн зерновых. Это положительный фактор, и он меня очень радует. Но вы зайдите в интернет и посмотрите, сколько вносят западные страны и Китай. 500-600 кг на один гектар! Тогда как в прошлом году в среднем по России эта цифра немного превышала 30 кг на один га, в Калмыкии – 6 кг.

В то же время на орошаемых землях, у нас 110 тыс. га, в том числе 45 тыс. лиманов, не внесли ни грамма удобрений. А когда начнем это делать, эффективность будет колоссальной, считай, второй урожай будем получать бесплатно. И опять же мы предлагаем субсидировать расходы фермеров на удобрения. Самим фермерам не под силу полностью финансировать их.

Итак, с чего надо начинать выправлять ситуацию с пастбищами?

– Знаете, дальше ждать нельзя, нужно что-то делать. Это край, поэтому уверен, что в 2021 году хоть какое-то начало положим – аргументированными обращениями в федеральный центр, документами, которые можем принять на республиканском уровне. Тем более, что за прошедший месяц в Минсельхозе вопрос неоднократно обсуждался.

Во-первых, в развитие Закона РК «О государственном регулировании обеспечения плодородия почв земель сельскохозяйственного назначения» необходимо принять постановления Правительства РК «О паспорте качества почв» и «О рациональном использовании земель сельскохозяйственного назначения».

Второе. Обратиться в Минсельхоз России с просьбой увеличить финансирование Генеральной схемы по борьбе с опустыниванием, включив в нее раздел по восстановлению деградированных пастбищ и строительству артезианских скважин на удаленных пастбищах.

2020-й год наглядно показал, что может быть, если мы будем продолжать потребительски относиться к земле, которая нас кормит. Аномальная засуха в восточных районах, пыльные бури наглядно обнажили все проблемы. В этой ситуации федеральный центр оказал финансовую помощь в перезимовке скота. Но и нам необходимо, используя рекомендации научных учреждений республики, выправлять ситуацию с сельхозугодьями. Если говорить конкретно – обратиться в Правительство РФ с просьбой об оказании помощи в восстановлении пастбищ, используя разработки научных организаций федерального и регионального уровня. Надеюсь, мы примем все меры и положим начало исправлению ситуации.