В этом году, 13 марта, мы отмечаем 100 лет со дня рождения народного поэта Калмыкии, Героя Социалистического Труда Давида Никитича Кугультинова (1922-2006).

Значимый юбилей поэта – это прекрасная возможность перечитать его стихи и поэмы и, может быть, открыть для себя новое. Наследие поэта, конечно, дает нам возможность заглянуть в его творческую лабораторию. Но литературоведы и критики могут помочь глубже понять прочитанное. Читателям будет очень интересной, к примеру, рекомендация Бориса Леонова в книге «Поэзия судьбы народной: очерк творчества Давида Кугультинова». Он пишет: «Как это ни странно на первый взгляд, но разговор о поэте Д. Кугультинове я хочу начать с книги его прозы. Она называется «Утоление жажды». В ней собраны рассказы и сказки, стихи и воспоминания, очерки и интервью, содержащие высказывания по вопросам развития литературы и о литературном мастерстве. В ней прекрасны сказки. Они написаны Д. Кугультиновым на отличном русском языке. Для исследователей эта книга прозы вообще незаменима: она своеобразный открытый архив поэта».

Отметим, что книга «Утоление жажды» была издана в 1966 году в Элисте и, конечно, уже стала библиографической редкостью. В ней опубликована главка «Из автобиографии» (в 1997 году поэт переработал и дописал ее в материале «Фрагменты автобиографии, начатые давно…» и включил в книгу «Автобиография, статьи, выступления»), и мы видим, как рано, может, еще бессознательно, формировался поэт Кугультинов.

Родился в семье учителя, знал с детства и рассказывал сверстникам, взрослым (они награждали юного чтеца конфетами) главы «Джангара» наизусть. В семье часто говорили о писателе Антоне Амур-Санане (впоследствии в другом материале Давид Никитич пишет об их родстве по материнской линии), в детском впечатлительном возрасте он видел знаменитого калмыцкого писателя и разговаривал с ним.

Стихотворение школьника Кугультинова было опубликовано в районной многотиражке, затем были занятия в литературном кружке в элистинской школе, которые вел преподаватель литературы и поэт Бата Манжиевич Манджиев, разговоры с Баатром Басанговым о русской классике. Большое значение для него имели встречи с писателями, приехавшими в Элисту в 1940 году на 500-летие «Джангара» («За несколько дней праздника я, кажется, стал старше»).

В 18 лет он увидел опубликованным свой первый сборник и принят в Союз писателей СССР. После возвращения из заключения, ссылки закончил в 1957 году Высшие литературные курсы Союза писателей СССР и в 1960-м экстерном – Литературный институт им. М. Горького. Они дали поэту «помимо теоретических знаний… литературную среду, в которой я нуждался».

Но в своих рассуждениях он всегда возвращается к первооснове своего творчества и примеру профессионального мастерства. Поэт пишет: «Фольклор учил меня думать. Я любил «Джангар», знал наизусть целые главы. Умение народных певцов передавать в эпосе движение и выписывать детали – удивительно. Эти гениальные качества поражают меня и сейчас. Философия поэмы была спрятана где-то глубоко в действии, что нынче мы называем подтекстом… Неожиданные грандиозные гиперболы, развернутые цветистые метафоры, точные, единственно возможные, сверкающие эпитеты, несказанное богатство языка, высокая, как небо, мудрость, совершенное построение композиции – все это сделало бессмертной поэму «Джангар». Восхищаясь эпосом, поэт признается: «Я добросовестно изучал фольклор, но в своих произведениях почему-то скатывался в многословие и описательность… Баатр Басангов беспощадным красным карандашом безжалостно вычеркивал дорогие моему сердцу строфы».

Эстетический шок, новый опыт прочтения эпоса юный поэт получил на встрече с переводчиком «Джангара» Семеном Липкиным, когда переводчик в период подготовки к работе над эпосом встретился со школьниками элистинской образцовой школы №1. Кугультинов в очерке «Давнее и наше», также вошедшем в сборник прозы «Утоление жажды», пишет: «Семен Израилевич говорил нам о «Джангре», по-своему, тонко и остроумно толковал эпос. Примелькавшиеся и ставшие привычными эпитеты вдруг приобретали новый, свой первоначальный смысл, сверкая всеми цветами степной радуги, обдавая нас свежестью летнего утра. Если до встречи с русским поэтом мы видели героев «Джангра», так сказать, в плоскостном изображении, то теперь мы стали видеть их объемно, в пространстве. Из беседы с писателем мы узнали о том, как «Джангром» заинтересовался Алексей Максимович Горький, как великий писатель предложил Семену Липкину перевести одну главу эпоса для альманаха «Творчество народов СССР (ныне преобразован в журнал «Дружба народов»), созданного по его инициативе, а затем, познакомившись с этой главой, посоветовал перевести весь «Джангар».

В 1940 году, к 500-летию эпоса, «Джангар» в переводе С.И. Липкина вышел многотысячным тиражом. Калмыцкий эпос «Джангар» вышел из узкого поля научного мира востоковедов и вошел в круг чтения русскоязычного огромного населения СССР.

И современный читатель тоже знакомится с калмыцким эпосом посредством перевода С.И. Липкина, народного поэта Калмыкии, Героя Калмыкии. На днях член Калмыцкого реготделения Союза писателей России Татьяна Бадакова представила Международной гильдии писателей презентацию «Бессмертный свидетель величия народа» (о калмыцком эпосе). Украинская поэтесса Валентина Бендерская, проживающая ныне в Израиле, отозвалась в фейсбуке: «Вчера посмотрела рассказ Тани об эпосе «Джангар», и мне пришла мысль, что тем кольцом, соединившим нас, было творчество Семена Липкина, с глубочайшей благодарностью о котором она рассказывала! С поэтом Липкиным я познакомилась на страницах интервью Иосифа Бродского. Потом поиски книги Семена в книжных! Потом знакомство с творчеством его жены – поэта Инны Лиснянской, потом… много чего открыли для себя. …Но в своем рассказе об эпосе Татьяна открыла для меня дверь, мимо которой я проходила, но не заглянула ни разу, в мир необыкновенного народного творчества, которое благодаря Семену Липкину вышло далеко за границы калмыцких степей».

Награждение Семена Липкина званием «Герой Калмыкии» и вручение ордена «Белый лотос» за вклад в развитие калмыцкой культуры. Д. Кугультинов, С. Липкин. Москва, Переделкино. 2002 год.

Надеемся, что значимый юбилей народного поэта Калмыкии откроет многое для читателей поэзии Кугультинова и приведет новых друзей в Страну поэзии. А не поможет ли нам юбилей по-другому, с поэтической высоты, а не с биографической привязкой, взглянуть на дату празднования Дня калмыцкой поэзии, который основали в 2012 году, к 90-летию со дня рождения поэта, творчество которого представляло миру культуру Калмыкии. Как известно, самым поэтическим месяцем поэт считал апрель. Сколько вдохновенных строк он посвятил месяцу цветения тюльпанов, в их числе строчка «Как ты прекрасна, степь моя, в апреле!», которую знает в Калмыкии и стар и млад.